Смерть регионального краеведения

Июль 31, 2015

6463634Не будет в ближайшие годы никаких книг по истории сёл и деревень Башкортостана. Чиновники выселяют наш знаменитый исторический архив.

Мало того, что объединили исторический и бывший партархив, чего в соседних регионах не стали делать, так предлагают вывезти архивные фонды аж… в Бирск, за 103 версты от Уфы. Как бомжей, за 101-й километр!

Чиновники не понимают, что архивы и библиотеки это ФУНДАМЕНТ культуры. Это память народная! Это святое! Его просто нельзя трогать, а надо помогать и беречь.

Что представляет сейчас исторический архив? Это специально выстроенное в 1966 году 4-хэтажное здание, где хранятся сами документы, а внизу расположен до боли знa-кoмый историкам и краеведам читальный зал, рядом принимают посетителей, выдают справки. В те далёкие советские времена, которые мы любим ругать, власти нашли средства для строительства приспособленного здания, где специальный температурно-влажностный режим способствует сохранению бесценных реликвий. Кстати, когда строился архив, первым секретарём Башобкома КПСС, главой региона был Зия Нуриевич Нуриев, в честь которого неподалече маленький скверик недавно переименовали. Вот бы сказал покойник пару «ласковых» нынешним наследничкам, что его именем прикрываются и его же дела рушат!

В новейшей истории России были случаи, когда архивы переезжали, но из стa-poго неприспособленного здания в современное, специально выстроенное под хранение документов, например, РГИА в Санкт-Петербурге. Но чтобы из ПРИСПОСОБЛЕННОГО здания архив выгоняли, дабы выбросить исторические материалы в какую-то халупу?! В Бирске никаких хранилищ нет. Просто чудовищно, учитывая значение нашего архива!

Нужно прямо сказать – основная часть исторической памяти БАШКИРСКОГО народа хранится ЗДЕСЬ! А также документы по всем остальным народам нашей прекрасной Башкирии.

Архив был удачно встроен между двумя историческими зданиями. Справа (на первом фото) находятся надстроенные на этаж в советское время присутственные места. Здесь размещался аппарат по управлению краем, работали государственные служащие. Это одна из самых старых построек Уфы, возведённая в 1830–1840-х годах. Вообще вся обширная усадьба вдоль по улице Ильинской (Валиди) от Александровской (Маркса) до Соборной (Гашека, Театральной) принадлежала казне и включала несколько строений.

Примерно в это же время, в 1840-е годы рядом, прямо на углу Ильинской и Александровской было выстроено небольшое каменное двухэтажное здание – ныне старая часть исторического архива. Советская постройка точно легла между ними, во дворе, что видно из следующего дореволюционного снимка.

Оба здания исторического архива чиновники планируют под снос!

Судьбу небольшого и в общем неприметного здания на углу Маркса и Валиди предлагаю вспомнить.

Уже на карте Уфы 1852 года видно это строение. Оно выполнено в позднеклассическом стиле: имеет треугольный фронтон, рустованные лопатки и штукатурную расшивку, ряд окон завершается имитацией клинчатого камня, относится к числу пa-мятников истории и архитектуры. Вместе с новой постройкой Госархива историческое здание губернского архива образует единый комплекс, который продолжают шикарный особняк (дом Молло) на улице Александровской и следующие постройки.

Этот небольшой дом изначально использовался как архив присутственных мест, так он обозначен во время городской переписи 1879 года. Хотя, возможно, здесь помещались и другие учреждения, уфимская уездная управа – руководившая местным самоуправлением (земством) Уфимского уезда, включавшего всю центральную совр. Башкирию и соседние районы Челябинской области. Тем более, что помещения не малые.

По сведениям за 1897 год рядом с каменным 3-хэтажным зданием присутственных мест по Ильинской (Валиди) находился флигель, одна половина которого двухэтажная, крыша крыта железом. Если идти с севера на юг по Александровской (К. Маркса) в сторону стадиона «Динамо», то за домом Молло, где сейчас музей, действительно увидим двухэтажный дом, переходящий в одноэтажный. Это и есть наш архив.

Обширное делопроизводство, бесчисленные бумаги, которым сейчас цены нет, требовалось где-то хранить, для чего и возвели в отдалении, на случай пожарной опасности, это здание. Историки и краеведы, ходившие под его сводчатыми потолками по тихим коридорам и уникальной лестнице, помнящей буквально всех знаменитых людей края, наверняка, сразу всё представили.

Тихая жизнь дома кончилась, видимо, в революцию 1905 года. Он выделяется в отдельную усадьбу / домовладение и получает собственный номер – Александровская, 2 (присутственные места числились по Ильинской, 41). Земля с постройками остаются в собственности казны и сюда въезжает полицейское управление Уфимского уезда.

Руководство действиями правоохранительных органов от Кушнаренково до Катав-Ивановского завода, от Красной Горки до Чишмов осуществлялось отсюда. Здесь базировались уездные исправники – начальники местной полиции: Н.М. Дамрин (1905–1906 годы), И.К. Штегман (1907–1910 годы), М.А. Невзоров (1911–1912 годы). Сюда стекались свo-дки о преступлениях, поимке очередной партии воров и жуликов, в те сложные времена обычная уголовная полиция привлекалась для борьбы с экстремистами и террористами. У крыльца, без сомнения, стоял часовой с шашкой.

Кстати, все эти годы бессменным регистратором Уфимского уездного полицейского управления служил Мухаметьзян Мухаметсафинович Еникеев. Хотя мужская часть татарского и башкирского населения изъяснялась по-русски, всё равно в государственных и земских структурах специально приглашались служащие из мусульман, чтобы в случае чего выступить переводчиком, да и вообще для лучшего приёма населения.

В следующем 1913-м году уездная полиция с бессменным Еникеевым съехала на улицу Вавиловскую, а в нашем уютном домике появились новые жильцы. При этом, часть помещения всё равно оставалась под архивом.

Видимо, в какую-то небольшую комнатку в 1913 году переселили из соседнего здания присутственных мест на Ильинской (Фрунзе) Губернский комитет попечительства о народной трезвости. Да, да, тот самый комитет, что открывал славные уфимские сады на Случевской горе (ныне С. Юлаева) и Сад народной трезвости (ныне И. Якутова), где уважаемые Читатели гуляют до сих пор. Много замечательных дел было сделано! Руководил комитетом по должности аж сам башлыгы, пардон, губернатор, числилось там всё высшее руководство региона, но заведовал делами попечительства отставной генерал-майор Павел Петрович Малинин. Рядышком оформлял бумаги делопроизводитель А.А. Кунгурцев.

Заботилась власть тогда о народной трезвости. Нам не пропить бы память народную!

Вторые новосёлы (с 1914 года) были тоже весьма интересные и появились они здесь, ручаемся, благодаря супруге губернатора Екатерине Павловне Башиловой. Она по должности являлась попечительницей Губернского попечительства детских приютов Ведомства Императрицы Марии, которое тоже переехало из соседних присутственных мест с Ильинской, 41.

Супруга убиенного императора Павла I Мария Фёдоровна († 1828) все свои силы тратила на благотворительность, открывая и добиваясь финансирования различных учебных и благотворительных заведений по всей России.

Немка по происхождению (портрет вдовствующей императрицы), она сумела всё настолько грамотно организовать, что после её смерти структура не распалась, а превратилась в настоящее ми-нистерство с отделениями по всей стране, в том числе и в Уфе.

В состав попечительства входила вся элита региона – губернатор, епископ, губернский предводитель дворянства князь А.А. Кугушев (запомним это), другие, делопроизводство вёл и кассой распоряжался Н.И. Удалов. В Губернском попечительстве состояли два детских приюта в Уфе – мужской и женский.

Трогательная забота о маленьких сиротах шла из этого маленького дома!

Но самым главными с 1913 года обитателями нашего тихого особняка на Александровской, 2 стали совсем другие лица. Сюда переезжает Губернское по воинской повинности присутствие. В звенящей тишине нарастали раскаты надвигавшейся Великой Войны и власти специально перевели сюда, поближе к управленческому аппарату, главную для тылового региона структуру по призыву новобранцев.

Во главе этого важнейшего органа тоже стоял губернатор, члe-нами состояли вице-губернатор, предводитель дворянства, прокурор, руководство земства, военные, но непосредственно в нашем особнячке располагались двое.

Первый, Агафопод Павлович Герасимов был практикующим врачом (принимал у себя дома на Гоголевской, 38), входил в руководство местного отделения Красного Креста, преподавал в акушерско-фельдшерской школе на улице Приютской (Кирова), в 1916 году даже стал председателем Городского общества взаимного стpa-xования от огня. Не трудно догадаться, что врач с редким именем занимался освидетельствованием призывников.

А секретарём Губернского по воинской повинности присутствия все эти годы, вплоть до 1917, служил очень интересный человек. Именно он и вёл все дела. Это был старший советник губернского правления (то есть из личного аппарата самого губернатора), коллежский секретарь Александр Иванович Фёдоров. Жил он на улице Телеграфной (Цюрупа) и даже имел телефон, что было редкостью для того времени и стоило очень не дёшево.

Вершина его карьеры прошла при двух последних Уфимских губернаторах – А.С. Ключарёве и П.П. Башилове, и оба весьма ценили его.

С января 1909 года Ключарёв назначает его вторым редактором официальной газеты региона «Уфимского края». Первый соредактор А. Вощинин был чересчур политизирован, увлечён борьбой с революционной заразой, затем он уходит на преподавательскую деятельность, а А.И. Фёдоров с 9 апреля 1910 года становится единоличным редактором официоза.

И газета стремительно меняет лицо. Из казённого рупора она превращается в интересное издание, печатает художественную литературу, краеведческие очерки, историкам надо обязательно читать «Уфимский край».

Сохранились свидетельства очевидца. Как раз весной 1910 года в Уфу на службу приезжает известный писатель и библиограф Сергей Рудольфович Минцлов. Потом он напишет свои знаменитые воспоминания, где, скажем прямо, немало передёргивает задним числом, изображая себя неким либералом, хотя «брал под козырёк» и исполнял распоряжения сверху.

Облив грязью А.С. Ключарёва, заезжий литератор не пощадил и Фёдорова. 5 апреля 1910 года в губернском правлении (рядом, на Ильинской, 41) он познa-кoмился с советниками губернатора Ключарёва. «Один – довольно мрачный, уменьшенно-Собакевичевского типа субъект – состоит вместе с тем редактором «Уфимского Края»». Встречался он с Фёдоровым и после. Так, 3 ноября вечером, отметил в своих мемуарах Минцлов, «сидим мы с Фёдоровым в кабинете его, пьём чай и беседуем об архиве и «Крае». Вдруг раздаётся звонок телефона, Фёдоров проковылял к нему – он хромой, – взял трубку, и лицо его моментально изменилось и превратилось в необычайно елейно-ласковое». Звонил губернатор.

Однако, чтение газеты редактора А.И. Фёдорова не менее увлекательное занятие, чем мемуары С.Р. Минцлова.

От Фёдорова писатель едет к губернатору, который его уговаривает написать антиреволюционную пьесу из пяти действий, тот, якобы – по воспоминаниям, отказывается. Но, вот парадокс, всего через неделю – с 11 ноября 1910 года в «Уфимском крае» начинают печатать пьесу Минцлова под названием «Без идеалов». И, какое совпадение, из пяти картин! Публиковалась пьеса до 23 декабря. Но если прочитать воспоминания Минцлова за эти месяцы – ни звука! Ни единого упоминания о своей самой большой (с гонораром?) публикации в «Уфимском крае». Почему-то либеральный литератор постыдился даже упомянуть о таком большом событии!

Заходил Минцлов и в наше маленькое здание. 6 апреля 1910 года в 10 часов «отправился в архив. Вход в него ведёт через Полицейское уездное управление – грязнейшим и тёмным коридором, по обе стороны которого устроены комнаты – обиталища нижних чинов и их растрёп-супружниц. В конце коридора имеется дверь в каморку, где заседают двое архивных чинушей». Значит, архив продолжал функционировать при полицейском управлении, а часть комнат была отдана под жилые помещения.

Да, любят наши доморощенные либералы походя смешать с грязью, но только задним числом, когда никто не видит. А тогда, в 1910 году «архивные чинуши» по распоряжению злобного губернатора Ключарёва выдавали Минцлову исторические документы на дом, а служил тот в совр. посёлке Красноусольском! Интересно, вернул? Обруганный редактор Фёдоров исправно его публиковал.

Обсмеять, обгадить своё отечественное – как это знa-кoмо! И не меняются со временем. Подумаешь, какой-то там архив с «архивными чинушами» сидит прямо в центре Уфы, на углу Валиди и К. Маркса, в самом престижном месте, которое можно так выгодно продать инвесторам! Подумаешь, какая-то там культура и история, какие-то «нижние чины» из деревенских краеведов! Опосля, где-нибудь на бАгамских островах опишу в мемуаре. Минцлов, кстати, эмигрировал в Германию.

А редактор А.И. Фёдоров, кроме исполнения обязанностей советника уже нового губернатора П.П. Башилова, в 1913 году ещё был казначеем при детских приютах, его даже избрали председателем Уфимского коммерческого клуба (располагался рядом, на Александровской, 12). Это был последний год его редакторства, газета процветала, но… дела. Его начинают временно замещать, а с 3 октября 1913 года приказом губернатора редактором назначен М.Н. Вилькен. И, кстати, газета сразу потускнела.

Тут неясная ситуация. Приказом по МВД от 9 сентября 1913 года А.И. Фёдоров перемещён старшим советником в Симбирск. Бывший уфимский глава региона А.С. Ключарёв, служивший уже Симбирским губернатором, «пробил» перевод очень полезного сотрудника.

Однако, по уфимским справочникам он продолжает служить на прежнем месте – секретарём Губернского по воинской повинности присутствия. Возможно, новый глава региона Башилов не захотел терять ценного сотрудника. А отвлекаться на общественные дела стало некогда.

Война! Попечительство трезвости, видимо, «попросили» из архивного здания, детские приюты удержались благодаря губернаторше. А работа здесь кипела. Мобилизация за мобилизацией, тысячи и тысячи наших земляков уходили сражаться за Веру, Царя и Отечество. Фёдоров с Герасимовым трудились всю войну, по 1917 год. Затем к ним добавили управляющего Казённой палатой А.И. Гусельникова, ми-нистра финансов РБ по современному.

Здесь, на Александровской, 2 стали назначать пенсии нижним чинам, раненым и калекам, вернувшимся с фронта.

Потом революция, Гражданская. А забыли, наверное, про губернского предводителя дворянства князя Александра Александровича Кугушева? Он как раз числился в попечительстве по этому адресу. Перед войной предводитель украл у местного дворянства просто огромную сумму и скрылся в Питере. Искали, ушёл на фронт.

Всплыл он в Гражданскую в контрразведке Колчака, которая, по рассказам уфимским стa-poжилов и находилась в нашем скромном домике. Здесь располагался фильтрационный пункт, проверяли всех ехавших с запада, из Совдепии, второй был в Челябинске. Но это по слухам. Точно не знаю.

В 1919 году создаётся советская архивная система, героическими трудами архивисты собирали и спасали от уничтожения исторические документы.

Думали, потомки поблагодарят и будут беречь архив. Наивные!

Архивные документы находились в семи хранилищах и только в августе 1922 года материалы были собраны в одно здание, расположенное по улице Александровская, 2, которое к тому времени было освобождено от «воинских частей и других чужих архиву лиц». И пошла советская история архива, славная! Потом постсоветская, тоже славная! Пока не грянул гром…

Вместо эпилога. Первое. Уфимцы не забудьте сфотографироваться на фоне будущих руин нашей истории!

Второе. В следующем году будут выборы в Государственную Думу РФ. Надо, чтобы тема сохранения, да уже спасения!, историко-культурного наследия зазвучала в программах кандидатов. Ведь уездный пристав из 1912 года не вернётся ловить воров и жуликов.

Роднов Михаил Игоревич, доктор исторических наук по поручению многих уфимских краеведов

Уфимский журнал

Написать ответ