Свобода или стабильность?

Июль 11, 2017

0-19Правда не в том, чтобы уехать и кричать оттуда, как тут все плохо, а в том, чтобы остаться и делать тут все хорошо

Писатель Борис Акунин в недавнем интервью сказал, что уехал из России в 2014 году потому, что “режим… превратился из вялой плутократии в настоящую агрессивную диктатуру… “ и что “не бывать в такой России — это, если угодно, моя личная акция протеста”

С одной стороны выбор Акунина (по политическим или каким угодно мотивам) – его личное дело. Каждый человек может заявить: “Не выношу Путина, Собянина, Тимати, климат,  транспорт – поэтому еду жить в другое место”. И никто не имеет право это осуждать, потому что выбор – он на то и выбор.

Но вот он же говорит, что в России сейчас признаки тирании: “имперская риторика, нетерпимость ко всякой инакости, милитаризм, ксенофобия, агрессивная пропаганда” а, “большинство населения со всем этим уживается”.

Акунин, в общем, прав – все есть: и риторика, и нетерпимость, и пропаганда. А еще коррупция и “распилы”.

Но я вот лично как раз то самое “большинство”, которое “уживается”. Потому что я хочу тут “уживаться”, потому что это моя страна – и она мне нравится

Даже несмотря на риторику и нетерпимость. Потому что я до 16 лет жила в СССР – и “раньше было хуже”. Потому что я многим недовольна, и все работает ужасно криво, и никому нет дела до экономики, до здоровой идеологии, до здорового общества, но многое изменилось – и стало куда лучше. Даже политика – если сравнивать с советским прошлым, которое у большинства из нас было, – и то куда приятнее, чем ужасы советского строя, которые я помню, как родные – настолько все было плохо.

Можно сказать, что нам, гражданам России, не повезло – мы все еще на переходном этапе, счастья не случилось, блестящее будущее не наступило. Свет в конце чего-то там слава богу если увидят наши внуки. Или правнуки.

Но можно сказать и так, что мы счастливчики. Вместо того, чтобы жить в мрачном Советском Союзе, как наши не терявшие, между прочим, надежду и жизнерадостность родители (и прародители), мы получили так или иначе свободный мир. Открытый мир. Мы получили выбор

Этот выбор не случился, потому что умер тиран (как Салазар). Мы этот выбор не завоевали кровью и войной. Этот выбор на нас упал волей обстоятельств. Нам подарили выбор. Выбор случился как бы несмотря на нас.

И многие, кстати, были недовольны. В сумраке СССР у людей была работа, была хоть и убогая, но стабильность. Были правила – так не делай, эдак не делай, и тогда все будет не очень плохо. Жить в новом обществе оказалось очень трудно. Особенно потому, что они этого не очень и хотели.

У нас сейчас не свободное общество, а такой честный пост-СССР по всем параметрам. Повтор: по сравнению с реальным СССР этот “пост” – огромное счастье. О котором невозможно было и мечтать. Невозможно было и мечтать людям, которые ровно ничего не сделали для того, чтобы когда-то что-то изменить.

И это ничуть не плохо. Конечно, всем смелым людям хочется крови и боли, революции, категорических перемен, но мне лично не стыдно быть маленьким робким обывателем, который ужасно боится войны и бедствий, который лучше будет “уживаться” и очень медленно что-то менять, который будет тихо критиковать в надежде, что его услышат, и что это шаг за шагом, миллиметр за миллиметром когда-нибудь потом изменит общественное сознание. Мне ничуть не стыдно в этом признаться – не всякий человек обязан быть бойцом.

Да, я живу в пост-СССР, я понимаю, какие тут правила игры. Они меня тревожат и расстраивают, но не настолько, чтобы в лучших традициях все бросить и убежать

Тем более я понимаю, что “все бросить” – это лицемерие (для меня), я все равно буду зарабатывать в России, я буду связана с Россией материально, душевно, у меня тут останутся друзья и недвижимость.

Я чем-то недовольна, но я вижу, как наше общество растет и меняется, как множество людей делает массу всего прекрасного несмотря на разные сложности, как тут растет новое замечательное поколение, как люди разделяют мусор, в конце концов, создают разные общества взаимной помощи, открывают кафе, шьют сумки, рисуют картины. Люди становятся добрее, мягче, внимательнее, увереннее – и пока эти перемены происходят, я счастлива, мне хорошо, я хочу тут быть, это мой личный протест. Для меня лично люди намного важнее, чем политическая система.

Знаете, мы все отлично знаем о недостатках нашей страны, но никто никогда не признаем ее достоинства. А вот они – тот важный фактор, из-за которого я люблю место, в котором хочу провести всю жизнь

О недостатках постоянно говорят – и создается впечатление, что никакой жизни, никакой радости нет. Все плохо, все враги, мрак, безысходность. Но это неправда. Может, тут вот слева – враги и мрак, но справа – симпатичные люди, улицы, которые, между прочим, моют шампунем, фестивали, праздники, смешные каналы в ютюбе, путешествия, благотворительные рынки, талантливые дизайнеры, художники, писатели, культурные центры, галереи, блошиные рынки, всякие маркеты еды и одежды. Вчера этого всего не было. Сегодня – есть. И это здорово. И это мы сделали. Кем бы ни были эти “мы”.

Очень просто жить в обществе, где уже все отлично. Где не ты сам все это создал. Сейчас, например, многие уезжают в Берлин, потому что Берлин это очень круто, это так приятно, это так расслабленно. Но кто уехал в Берлин сразу после 1989 года? В разрушенный нищий город, где жили в палаточных городках, где дома топили буржуйками, где не было ничего? Ну, вот полтора человека уехали, да. И те вернулись. Еще евреи уехали, которые годами сидели в отказниках (но это другое).

Правда в том, что свой мир мы должны создавать сами. Иногда это занимает куда больше времени – и, возможно, мы даже не увидим некий финальный результат. Но этот мир – за нас его никто не придумает. Кроме нас это никому не нужно. Кроме нас – никому не интересно. И, если честно, кому-то из нас тоже неинтересно. Потому что ведь уже хочется жить “как человек”. Там, где все “как у людей”. Это не осуждение. Просто хочется расставить приоритеты: вот это гордое “я так больше не могу, я ухожу” – это вовсе не понятный и четкий, мужественный вывод. Куда более мужественно – оставаться, где ты есть, менять, улучшать, радоваться, любить.

Вот это “большинство”, которое “уживается” – оно по-настоящему пытается изменить жизнь к лучшему

Да, они, может, не ходят на митинги и не грезят о революции, но они работают, убирают в подъездах, открывают свои небольшие конторы или производства, они красят заборы на дачах, рожают детей, готовят по Джейми Оливеру, обсуждают права женщин. Они создают жизнь прямо здесь и прямо сейчас. И вот я, как человек, который умеет лишь высказывать свое мнение, бесконечно этим восхищаюсь. Я уважаю это. Я разделяю эти интересы, и я понимаю отстраненность, я понимаю, почему имеет смысл “уживаться”. Ради нее, жизни. Которая куда веселее и приятнее, чем кажется сгорающим на политических кострах мучениках (который я тоже очень уважаю за их вовлеченность и смелость).

И вот если мы общество, если мы хотим быть все вместе – то надо принимать и уважать самые разные позиции, надо понимать, что они возникают не только потому, что мы тут справа очень умные, а слева – глупая вялая масса, а потому, что у жизни очень много граней – и ни одна из них не менее вторична, чем другая. Свобода, стабильность, достаток – это все одинаково важно для общества в целом, и одно ни в коем случае не должно обесценивать другое.

АРИНА ХОЛИНА

УМ+

Написать ответ