Путину не с кем бороться

Январь 29, 2018

fb779d73.jpg.865x400_q85Предвыборную кампанию кандидата В.В. Путина его отечественные и зарубежные критики оценивают практически одинаковыми словами: «осторожная», «выверенная», «аккуратная».

Вот пишет о ней французский Le Monde: “президент проводит предельно осторожную кампанию… Каждая поездка тщательно просчитана и выверена до миллиметра”. Путин возлагает цветы к монументам, встречается с ветеранами, встречается со студентами — и при этих встречах ярким представителям медиа-класса с их острыми вопросами приходится присутствовать практически в роли наблюдателей, поясняет издание.

«Ле Монд» завершает, конечно, свой отчет о российской кампании тем, что не так все в России хорошо: например, снова подвергся визиту полицейских штаб титанического противника Путина А. Навального. Но про Навального — это скорее ритуальная формула, никакого воодушевления за ней не стоит.

Или вот обиженно выступает в эфире «Радио Свобода» оппозиционный политолог: «Нормально ведется (путинская) кампания… Сейчас стараются, видимо, не обострять. Например, выдано свыше 80 разрешений на проведение массовых акций “Забастовка избирателей” 28 января. Но на самом деле это правила игры. Какой-то определенный период правитель добр, отзывчив к подданным…»
Политолог завершает, конечно, тем, что на самом деле все плохо, но тоже без всякого воодушевления. Он тоже не верит ни в какую забастовку.

Некоторое уныние российской фронды и зарубежной ее клаки можно понять. Потому что в действительности кандидат Путин В.В. самый сокрушительный свой удар по оппонентам в нынешней кампании уже нанес.

Как легко заметить, у кандидата Путина в этом году не просто нет каких-либо конкурентов (их-то не было и в предыдущие выборные годы). Все страшнее: у кандидата Путина в 2018-м в повестке кампании практически отсутствует — в качестве одного из несущих элементов — мотив противостояния.

И это, пожалуй, впервые.

Как можно при желании вспомнить, президентские выборы 2000 года проходили на фоне Второй Чеченской. И их лозунгом — вне зависимости от того, что говорилось в большую часть времени — послужило высказывание Путина в Астане о террористах, сделанное за несколько месяцев до выборов: «Мочить».

Выборы 2004 года проходили в атмосфере той же (продолжавшейся еще вовсю) войны с террором и начала наступления на олигархат — к которым, однако, уже добавился «мирный» лозунг об удвоении ВВП за десять лет.

Выборы 2008 года, в которых Путин участвовал в несколько иной роли — прошли на фоне первого выхода России на внешнеполитическую сцену. Своего рода прологом к ним стала произнесенная в 2007-м знаменитая Мюнхенская речь, сегодня звучащая сбывшимся пророчеством. Она содержала в себе какое-то запредельное количество оправдавшихся впоследствии прогнозов: там были и внутренние кризисы в США и Европе, и возникновение ИГ*, и Ливия, и Сирия, и даже ядерный скандал Америки с КНДР.

Напомним, кстати: «для современного мира однополярная модель не только неприемлема, но и вообще невозможна. Сама модель является неработающей, так как в ее основе нет и не может быть морально-нравственной базы современной цивилизации… Сегодня мы наблюдаем почти ничем не сдерживаемое, гипертрофированное применение силы в международных делах, военной силы, силы, ввергающей мир в пучину следующих один за другим конфликтов.

Мы видим все большее пренебрежение основополагающими принципами международного права. Больше того, отдельные нормы, да по сути чуть ли не вся система права одного государства перешагнула свои национальные границы во всех сферах и навязывается другим государствам. Ну кому это понравится? Никто уже не чувствует себя в безопасности. Никто не может спрятаться за международным правом как за каменной стеной. Такая политика является, конечно, катализатором гонки вооружений. Доминирование фактора силы неизбежно подпитывает тягу ряда стран к обладанию оружием массового уничтожения. Больше того, появились принципиально новые угрозы, которые и раньше были известны, но сегодня приобретают глобальный характер, такие как терроризм».
И так далее. Это сейчас речь выглядит перечислением очевидностей. Тогда она была воспринята международным сообществом как сборник страшилок, на котором российский лидер намерен въехать в мировую политику.

Кампания-2012 едва ли изначально планировалась как конфронтационная — но это был тот случай, когда противостояние было обеспечено оппонентами, по каким-то своим причинам вообразившими, что настало время политической реконкисты. Слившиеся в экстазе около- и вполне государственные вип-оппозиционеры, несистемные борцы с режимом, посольство Соединенных Штатов, возглавлявшееся тогда меметичным Макфолом, «мы здесь власть» и пр. – сделали солидный вклад в кампанию В.В. Путина и во многом определили ее повестку.
…А сегодня всё иначе.

Сегодня кандидат Путин может себе едва ли не впервые позволить кампанию, в которой мотив противостояния практически отсутствует, а мотив преодоления препятствий — сосредоточен скорее на героизме преодоления, чем на препятствиях.

Руководитель страны не педалирует победу в Сирии (хотя мог бы), не использует в качестве агитматериалов западные санкции (хотя мог бы), не пугает усилением НАТО (хотя мог бы). Впервые главный фокус кампании — даже не столько «решение насущных проблем», сколько конкретика ближайшего и дальнейшего будущего. Студенты, университеты, новые учебные центры, разговоры о возвращении к идее гражданского сверхзвукового лайнера.

Почему так?

На этот счет, строго говоря, имеется лишь одна версия. Потому что все прежние противостояния президент России, честно говоря, выиграл — где нокаутом, где по очкам. Уже устало прогрессивное сообщество ждать «олигархической революции». Уже устали писать добровольные самоизгнанники статьи «России Путина осталось шесть месяцев». Отгремела идея санкционного голода и международной изоляции. Упали рейтинги сюжетов, построенных по принципу «X станет могилой путинского режима». Сами противники очевидно измельчали. Нет даже Барака Обамы, который посвятил полтора последних года своей политической жизни повсеместным рассказам о том, что его в мире уважают на самом-то деле больше Путина.

Превращать на этом фоне путинскую кампанию в «ну вот, а ведь я же говорил, что так и будет» – было бы неуместно. Лепить противников В.В. Путину из того ассортимента, что сейчас есть в наличии внутри или вне страны — тоже.

Поэтому противостояние как ресурс — в 2018 году полностью отдано на растерзание условным оппонентам.

Хотя судя по их поведению — есть серьезные сомнения в том, что они сумеют этот ресурс хоть как-то использовать без помощи самого Путина.

Виктор Мараховский

УМ+

Написать ответ